Газета ОКНО - Независимая газета Колпинского района Санкт-Петербурга
Get Adobe Flash player

vkgroup

Резонанс

Недавно я узнала, что в августе далеко от Родины скончался человек, общение с которым я очень уважала и ценила… Леонид ...
Моему поколению, считай, повезло: в наше молодое время мы могли свободно передвигаться на любом виде транспорта по всей ...
В редакцию наши читатели принесли письма от своих родственников с Украины – с ее восточной части, где, по мнению Киевской ...
В № 20 нашей газеты от 5 июня в статье «Дураки и дороги» читатели обратили внимание на одну из острых колпинских проблем – ...
Правительство исключило из бюджета статью о субсидировании доставки подписных изданий. Из-за отмены субсидий «Почте ...

Погода в Колпино

Авторизация



Май 2017
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
Главная Обратная связь "СЕДЬМОЙ СПУТНИК" - ПРЕМЬЕРА 50-го СЕЗОНА

Копия IMG 0576Премьерные показы инсценировки одноименной повести Бориса Лавренёва (1891 –1959) прошли в Камерном театре КДЦ «Ижорский» в последней декаде марта, когда празднуется Международный день театра. Кстати, знаете ли вы, что именно с 27 марта связывают рождение нашего Камерного театра? Правда, само учреждение культуры именовалось тогда ДК «Ижорский».Шел 1964 г. У истоков стояла режиссер Галина Константиновна Макушина. Подвижница. Ее портрет можно увидеть на стене зрительного зала. Классическое фото середины прошлого века – очень выразительное. Галины Константиновны давно уже нет с нами, но среди публики, собравшейся 30 марта в Камерном театре, были, разумеется, те, кто помнит и саму основательницу, и ее работы.

 С 2001 г. руководит театром режиссер Никита Заволокин. На его счету и классика (Островский «Доходное место», Чехов «Чайка», Гоголь «Женитьба»…), и современные пьесы, отечественные и зарубежные.Однако премьера этого сезона стоит особняком. Кто сейчас читает, да просто знает имя автора – дважды лауреата Сталинской премии (1946, 1950), после разоблачения культа личности Сталина переименованной в Государственную? Разве что специалисты с ходу назовут отмеченный кинопремиями фильм «Сорок первый», снятый по повести Лавренёва (написанной в 1924 г.), с Изольдой Извицкой и Олегом Стриженовым в главных ролях. Самые известные произведения писателя (кроме упомянутых, повесть «Ветер», драма «Разлом») насыщены, как упоминается в Советском энциклопедическом словаре, романтикой революции и воспевают ее героические характеры. А эта тематика нынче не в моде. Немалая смелость требуется, чтобы решиться на такую постановку, ведь революция – это массовые сцены, к которым никак не располагает маленькая сцена Камерного театра; стрельба происходит буквально над ухом у публики, заставляя ее пригибаться. Реквизит, костюмы (главным образом, обмундирование – бело- и красноармейское) тоже не просто. Апрежде всего требовалось составить сценарий. И поскольку бюджет Камерного театра очень-очень скромный, работу над сценарием пришлось взять на себя постановщику. Перевести повествовательную ткань текста в речь – монологи и диалоги, сохранив солдатское просторечие, профессорскую основательность, мещанскую витиеватость, украинизмы, – всё это требует времени. Репетиции «Седьмого спутника» начались в сентябре. А в конце октября стали назревать события в Киеве. Сначала акции были мирные, снова вошло в употребление слово майдан, потом тревога стала нарастать, на телеэкране и в Интернете мы увидели толпы грозных людей, обгорелое здание с выбитыми стеклами, баррикады, костры из дымящихся покрышек, улицы и площади с выломанным булыжником, услышали выстрелы, взрывы… В январе и феврале зазвучало слово революция. Так оказалось, что оно актуально и для нынешнего времени, пусть свершается всё за тысячу километров отсюда. – Мерзость этот терроризм, свинство человеческое. И террористы в девяноста случаях негодяи, а в десяти – психопаты. (Адамов) – Середь города, середь бела дня чоловика вбылы. И рожумиете – вызвали ихнюю милицию. Пришли три осла, очами хлопают. Я их спрашиваю: «Это что ж, называется рабоче-крестьянская власть, коли в два часа дня музыканта убивают?». А они в ответ: «Людей мало». «Так не надо за власть цапаться, коли у вас людей нема!» – говорю. (Арандаренко, инженер-электрик) – Даже если вы живы, нам это ни к чему. Все равно квартиру вашу заняли бы, потому что вы – нетрудовой элемент и ваше имущество подлежит отобранию для справедливого разделения между беднейшим населением… (Домкомбед) – Наша республика отбивается от белых орд. Сейчас все, в ком живая душа, должны быть с нами. (Комиссар) – Некогда судить. Арестованных пусть кончают, а сами драпают во весь дух. (Красногвардеец) Вот они, отголоски революции: справедливы как для 1917-го в Петрограде, так и для 2014-го в Киеве. В выборе режиссераЗаволокина, который он сделал в первой половине 2013 г., было что-то провидческое. Как не признать, это – ценное качество. А теперь об артистах. Когда через два с половиной часа все 14 артистов вышли на поклоны, свободного места на сцене, можно сказать, не оказалось. Между тем в списке действующих лиц и исполнителей перечислены четыре десятка человек. Объяснение одно – большинство артистов играли за двоих-троих. Конечно, слов у таких персонажей было немного, но ведь в каждом случае требовалось перевоплощение. Исполнителей было 10, а исполнительниц – 4. У последних роли были скромные, фоновые, ведь боевые действия – мужское дело. Женщины нужны, чтоб напомнить о мире, чтоб торговать на рынке, вымыть пол в квартире, изобразить Фемиду. Запомнилась женщина, которая встретилась главному герою, бывшему профессору юридической академии Адамову, после того, как он, отсидев два месяца в отдельном арестном доме ЧК Литейного района, вернулся в свою бывшую квартиру на Захарьевской, 27. Запомнилась неделанная ее мимика –абсолютно естественная, ненаигранная. Иная просто бы бросилась в глаза, особенно в тот момент, когда женщина шла к двери [собственно самого зала] с табличкой «Евгений Павлович Адамов» – в узком проходе между стеной зала и ближайшими зрительскими местами. И мы, зрители, видели, как неловко чувствует себя эта женщина, только недавно выбравшаяся из подвала в квартиру на «етажах», как она сочувствует «умственному» профессору, и верили ей. Очень ярко сыграл налетчика Никиту Шурова, по прозвищу «Турка», Василий Цветков. Много разнообразных, даже противоречивых черт характера показал в своем герое – коменданте Кухтине – Михаил Веселов. Беспощадный к врагам революции, твердой рукой отправляющий «контру» на расстрел, он проникается сочувствием к «старичку» Адамову – «моя бы воля, пустил бы я вас на все четыре стороны. От вас, старичок, опасности для пролетариата, как от козла молока…» Днюя и ночуя в спартанской обстановке на службе, где у него даже кровати нет («сам пятые сутки в шкафу сплю»), комендант, уроженец Новгородской губернии, сын ямщика «у графа Куракина», вдруг признается, что есть у него, оказывается, желание «жениться на образованной и высшего сословия. Теперь можно доискаться». А для чего? «Кроме высшего звания, – признает Кухтин, – кто деток по-правильному обучить может?» И носы вытирать, и «музыке на пианине», и французскому… Среди жестокостей мира человек мечтает о будущем. «Паршивое будущее», – утверждает арестованный тайный советник Якунчиков.«Не скажите, – возражает ему Адамов, – будущее всегда прекрасно, к кому бы оно ни оборачивалось лицом». Ни Кухтин, ни Якунчиков, ни Адамов не знают, что за революцией последуют Гражданская война, коллективизация и раскулачивание в деревне, сталинские репрессии, Великая Отечественная, перестройка… В 1927 г., в котором был написан «Седьмой спутник», не про всё знал и сам 36-летний автор, да, впрочем, и не про всё, что знал, мог рассказать. …Фигура главного персонажа, наоборот, однозначна. Это естественно. Он человек устоев, ему не было нужды скрывать убеждения. Адамову 63 года, в его прошлой жизни была крепкая семья: жена, сын, две дочери. Жена умерла, сын погиб на полях Первой мировой, дочери замужем, где-то на оторванном от Петрограда юге России. Несмотря ни на какие обстоятельства, он сохранил и держит при себе личную книжку, в которой отмечены его послужной список и звание генерал-майор. Правда, на вопрос, какой пост занимал он в старой армии, Адамов отвечает: «Я нестроевой. Я профессор истории права в Военно-юридической академии». Вячеславу Аксёнову, играющему эту роль, тоже, к счастью, нет нужды выглядеть другим, чем он есть. У него и у самого благородная седина, академическая бородка, рассудительная речь без командных металлических ноток.В Камерном театре это его третья роль после Аристарха Владимировича Вышневского в «Доходном месте» Островского и Яичницы в «Женитьбе» Гоголя. Бывший морякзагранплавания, а сейчас сварщик-аргонщик, Аксёнов снимался и в кино. В Интернете можно увидеть следующие фильмы с его участием: «Последняя встреча», где он играет иностранца в 8-й серии; «Не театральные трагедии Театральной площади» (архитектор Серебров); «Всё начиналось в Харбине» (преподаватель железнодорожного техникума); «Принцип Хабарова» (академик Баринов в 9-й серии). Полученный опыт и помог Вячеславу Васильевичу справиться с большой серьёзной ролью. Революционная целесообразность, разумеется, предполагает аскетичность обстановки. Куда ж, впрочем, денешься, если еще и у театра имеются определенные собственные обстоятельства, –приходится жить согласно поговорке: «Голь на выдумку хитра», которая всегда выручает людей творческих. Театр – искусство условное. Один удачно найденный предмет реквизита, деталь, а остальное зритель может и в уме додумать. Вот алюминиевый чайник – необходимая вещь в условиях военного быта, годится и для арестного дома, и для комнаты интеллигента. Маленький круглый столик красного дерева, металлическая дверная дощечка – остатки былой роскоши, еще дореволюционной. Алые отвороты на бортах шинели делают ее и впрямь генеральской. Оружие – винтовки, пистолеты. Из чего сделаны – загадка. Незаконное хранение, главное, не предъявят. Важно – правдоподобно показать свое умение с ним обращаться. Трагическая финальная сцена расстрела. Вместе с красноармейцем Рыбкиным (его играет Никита Заволокин) Адамов попадает в плен к белогвардейцам. У генерала появляется шанс остаться в живых. «У нас большая нужда в высшем командном составе, ваше превосходительство», – говорит поручик, но его превосходительство отказывается. «Вы этого не поймете… – говорит он поручику. – Когда огромное тело пролетает в мировом пространстве, в его орбиту втягиваются малые тела, даже против их воли. Так появляется какой-нибудь седьмой спутник…». «Списать!» – приказывает белый полковник. «Вещей не брать», – говорил в похожих случаях красный комендант Кухтин. Незавидна судьба у седьмых спутников. Хоть с той стороны, хоть с этой. Чуть позже 18-го года, к которому относятся происходящие в «седьмом спутнике» действия, войдет в употребление слово «попутчик». Многие из подлежащих к этой категории сгинут потом в сталинских лагерях. «Тысячу жизней буржуазии за жизнь вождя. Да здравствует красный террор!» Этот лозунг революции приводился в советских учебниках по истории. И мы оправдывали его на зачетах и экзаменах. А ведь каждый человек интересен, в каждом сокрыт космос. Он может сам положить свою жизнь за Родину, а может до конца своих дней служить ближним, а может в лепешку разбиться ради своей семьи… И во всём есть смысл. «Цель оправдывает средства». Выходит, нет. И прошлое, и настоящее убеждает нас в этом. Ружья наизготовку. Целься! Пли! Огня нет. Выстрелов не слышно. Не падают в картинных позах тела с расплывающимися пятнами, с дергающимися ногами. Просто откуда-то тянется дымок. По этому дымку легко ступает – будто парит – босой Рыбкин. Сапоги ему, еще живому, велели снять палачи: годные ведь. А Адамову велели снять шинель по той же причине. И обнаружив в кармане золотую цепочку, подаренную Туркой, упрекнули: «Добольшевичился! Воровать даже выучился». Ну верно, в своем глазу бревна не замечу… И расстрелянный Адамов отправляется на небо, ведомый фигурками в белом – ангелами. Такое режиссерское решение сцены казни. Занавес! (Впрочем, в Камерном театре занавеса нет, но его можно вообразить.) Татьяна РОГАЧЁВА, фото Михаила Матренина

Комментарии  

 
+2 #4 Алина Темшина 04.06.2014 12:28
Первый раз побывала на спектакле в вашем театре. Много раз меня звали друзья на прошлые спектакли, но интерес был небольшой. В итоге мои ожидания оправдались. Актеры молодцы, но всё это напоминало квн. Сюжет, написанный автором, Левреневым имеет претензии быть реалистичным, но вот персонажи, особенно главный герой не убедили. И в спектакле тоже, актеры стараются, но играют на уровне провинциального театра. Может быть это только моё мнение, но узнав мнение знакомых, оказалось что я не одинока в своем впечатлении.
Цитировать
 
 
0 #3 Евгений Сизёнов 21.04.2014 20:15
Но те идеологические задачи, которые решал своей повестью Лавренёв, и основная мысль, вложенная в уста главного героя, вряд ли близки Никите. Оставаясь в рамках текста книги, поставить спектакль, лишённый противоречий, в этом случае очень сложно. Но в целом спектакль получился. То, что это не окончательная редакция и работа над ним будет продолжена, сказал сам Никита.
В одноимённом фильме Алексея Германа 1969 г. акценты несколько смещены: особенности красного террора и чекисткой работы показаны в более приглушённой форме, но тоже без прикрас. Вряд ли этот фильм в советское время имел массовый прокат.
Цитировать
 
 
0 #2 Евгений Сизёнов 21.04.2014 20:15
Показано бессилие интеллигенции перед палачами, Закона перед революционной целесообразност ью, нравственности перед грубой силой. Но в поведении Адамова мне видится понимание собственной обречённости и согласие с нею. Он считает её обусловленной историческими процессами. Лозунг "Смерть буржуям!" воспринимает как исторически оправданный (кстати, Адамов, конечно, никакой не буржуй, вопреки собственной реплике). Проводит аналогию с камнем, который лежит на дороге и не считает, что кому-то мешает. Возможно, в этом была и основная идея Лавренёва.
Цитировать
 
 
0 #1 Евгений Сизёнов 21.04.2014 20:13
Неоднозначное впечатление от спектакля «Седьмой спутник». Никита Заволокин в своём выступлении был очень самокритичен, даже излишне. Конечно, он лучше, чем мы, зрители, понимает, над чем ещё нужно работать.
Мне кажется, что проблемы в режиссуре, с которыми столкнулся Никита, связаны с самой повестью Бориса Лавренёва. Написанная в 1927 г., когда о красном терроре знали не понаслышке, она решала вполне определённые идеологические задачи: показать обречённость старого мира, историческую обоснованность его гибели и тем самым оправдать террор. В этом - смысл многих монологов Адамова, в частности, его сравнение с камнем, лежащим на дороге. Но Адамов избежал расстрела чекистами, а расстреляли его белогвардейцы. И это также как бы исторически оправдывает красный террор, хотя его бесчеловечность показана автором очень отчётливо.
Цитировать
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Реклама в газете: будь в фокусе читателя